Текст получен из библиотеки 2Lib.ru
Код произведения: 2789 Автор: Гаврилов Дмитрий Наименование: Завещание прошлому Дмитрий ГАВРИЛОВ (г.Москва, КЛФ) ЗАВЕЩАНИЕ ПРОШЛОМУ (из цикла "Грядущее Завтра") "Стану ли я отказываться от вкусного обеда, не зная, как он приготовлен?" Оливер Хевисайд Видавший виды стол с кипой исписанных листков. Пыльная керосиновая лампа и огарок свечи на треснувшем блюдце. Скисшее молоко в стакане, остатки яичной скорлупы. Обшарпанная спинка железной кровати. Он лежал, живой среди мертвых и мертвый среди живых. Его забыли, как случается со всяким чудаком. Да и что Они знали о нем? Эти тени в черных мантиях и банковских обертках. Холодная полутемная комната. Сюда Они не заглядывали, опасаясь простуды - так можно отдать концы несколько раньше, чем Господь призовет к себе. Здесь функционировал мозг величайшего ученого, мозг, ибо тело ничего уже не требовало, оно и теперь покоилось на кровати, как что-то ненужное. Вчера явился Фишер, прикрывая лицо батистовым белым платком, он предложил сто тысяч фунтов стерлингов, целых сто тысяч за его рукописи. Ученый ответил отказом. Единственное, чего он опасался всю долгую жизнь - это зависимости. Зависимость мешала пробиваться к намеченной цели. Он надеялся и в этот раз выиграть схватку у смерти, но, видимо, обманулся. - Для чего? Для чего все это? Зачем? Пятьдесят с лишним лет ощупью, шаг за шагом... Ему кричали: - Ты идешь не так, как надо! Ты бредешь не туда! Мы знаем, как и куда! Он не слушал Редактора заворачивали статьи: - Они трудно читаются. - Но писать их еще труднее, господа! Его юношеские изобретения в области радио принесли английским компаниям миллионные прибыли - теперь он умирал в чудовищной бедности. Чу! Скрипнула половица! Нет, этого не может быть - просто бред. Да и что может быть у человека в семьдесят пять? Подагра, инфлюэнца, бред. Он с трудом приподнялся и нащупал рукопись под подушкой. Тут! Прислушался. Тихо. Таран! Таран! Эти ворота надо пробить. Удар и еще удар! - Господи Боже! Голова раскалывается. Глаза ничего не видят. Темно. Очень темно. Слишком темно. Совсем темно. Удар! Старик замер и не двигался. В соседней комнате в самом деле заскрипели половицы. Две тени, одна за другой, шмыгнули в дверь и, мелькнув в проеме, снова стали неразличимы. Они такими были всегда. - Вредный старикашка, - прошептала первая тень, - в больницу бы его, и никаких проблем. - Скряга, - заметила вторая. Ученый не подавал признаков жизни. Дыхание умирающего не нарушало тишины. Полоска света от потайной лампы разрезала темень. Над ним склонился человек в черном, второй оглядывал жилище клиента. Нового клиента. Им платили - они работали. - Поглядывай за дедом! - прошептал первый, перепоручив старика коллеге. Сам он, плавно перехватив фонарь, полез в карман и извлек вчетверо сложенный лист. Затем грабитель принялся за более детальный осмотр, по-кошачьи ступая от предмета к предмету, время от времени сверяясь с бумагой. - Ну-ка, а что это у него? - произнес напарник по воровскому мастерству, приглядываясь. - Где? - А вон! - зашептал тот в ответ, указывая на изголовье. - Ну, проверь, дурья твоя башка! Да, не трусь! Дед спит, как сурок. Грабитель снова осторожно приблизился к кровати, наклонился... В тот же миг костлявые холодные пальцы старика впились ему в горло. Вор повалился на бок, увлекая хозяина дома за собой. Два тела сплелись в борьбе и покатились по полу. - Брось фонарь, дурень! Смотри быстрее, где рукопись! - прохрипел первый напарнику, отдирая от себя железные пальцы. - Смотрю! Черт тебя дери! - выругался второй, торопливыми движениями срывая ленту с папки, доселе находившейся под подушкой... - Не то!... Пусто!... Ее там нет! Кукла! - разозлился он. Лампа вспыхнула раз и погасла. Воцарился мрак. - Да, угомонись ты, старик! - выдохнул первый, отбросив от себя ученого. - Болван, там на окне свеча! Не трать спички, - задыхаясь, проговорил старик. Грабитель от неожиданности так и шагнул к окну, но на полпути опомнился и обернулся, чтобы помочь товарищу. Сейчас глаза привыкнут к темноте и тогда... - Ты нам все расскажешь и покажешь. Старик не ответил. - Эй, дед! Чего? Заснул? - забеспокоился грабитель. - Э! Э! Старик! Погоди умирать! - поддержал его второй во весь голос. - Вон отсюда! Нет! Они не расслышали слов! Слов-то как раз таких и не было. Затем чиркнула спичка. У окна возник третий. Там стоял высокий гибкий человек в странном черно-голубом костюме и в округлом шлеме, закрывающем лицо по самые губы. - Вон отсюда! - так же четко подумал третий, бросив взгляд на ничком лежащего ученого. Один грабитель поднялся с колен и послушно двинулся к выходу. Второй, как видно, обладал более крепкими нервами и потянулся за пистолетом. Незнакомец оказался во сто крат проворнее. Его оружие действовало невидимо и бесшумно. Подельники повалились на пол. Незнакомец бросился к старику, словно пушинку поднял его на руки и отнес к ложу. Ловким движением он достал из сумки, прикрепленной к поясу маленький цилиндр и прислонил к виску раненного. - Где я? - прошептал тот, не подымая век. - Вы у себя дома. - Кто вы и что вам нужно? - спросил ученый, с усилием открывая глаза, - У вас "не оксфордский" акцент. - Даете ли Вы слово выслушать все до конца, мне незачем лгать. - Даю слово. По-моему, вы иностранец, - уточнил старик. - У нас мало времени, это верно точно так же, как и то, что вас зовут Оливер Хевисайд. - Да, меня так зовут. И я скоро умру, - просто ответил ученый, - Итак, что вы здесь делаете, молодой человек? - Я не грабитель. - Полагаю, те двое, что лежат на полу, - Хевисайд улыбнулся, слегка приподнялся на локтях и глянул вниз, - стали бы утверждать точно так же, попади они в руки Скотланд-Ярда. - Я пришел из той страны, что еще не отмечена на карте. - Гм. Ко мне зачастили гости, и особенно, незваные. Не обижайтесь, юноша. Я не хотел вас обидеть, - ученый закашлялся и рухнул на подушки. Незнакомец поспешно приблизил к его губам узкую металлическую флягу. - Это коньяк? - Нет! Но все равно, пейте! Он придаст Вам силы. - В самом деле, очень вкусно! Благодарю вас, мой нечаянный спаситель, - хрипло рассмеялся Хевисайд. Тот снял шлем, огладил ладонью короткую бороду, и поднял на ученого чистые голубые глаза. Их взгляды встретились. - Мы удивительно похожи? - изумился старик. - Вылитый я, - пробормотал он немного спустя, приглядываясь. - Я был еще мальчишкой, когда прочитал историю Вашей жизни. Я восхищался Вами, как ученик может боготворить любимого учителя. Я не из страны вообще, как географического пространства - нас разделяет целый век. Но, меньше слов. У нас осталось два часа! Вы скоро перестанете существовать здесь и в это время. Взгляните, - я представлю вам самые неопровержимые доказательства... Незнакомец протянул ученому маленький потрепанный белесый том. - Кажется, это кириллица? - сказал Хевисайд. - Пролистайте. На развороте ученый нашел фотографию и несколько минут вглядывался в нее. - Гм... Когда это они успели? Я никогда так хорошо не выглядел, - улыбнулся старик. - Это копия с вашего портрета, - пояснил молодой гость, - ни единого позднего фото не сохранилось. И это большая удача! Затем была страница на английском. Там значилось: "Оливер Хевисайд", Москва, Наука, 1985 год... Потом шла аннотация на двух языках. - Это будет через шестьдесят лет! - вымолвил незнакомец. - Так... Оливер Хевисайд, год рождения 1850, год смерти 1925...- ученый поднял глаза на пришельца, тот кивнул, - На протяжении всей жизни вел очень замкнутый образ жизни чудака-одиночки... Разработка операционного исчисления... Расчистка трактата Максвелла и запись его уравнений через напряженность... Слой Хевисайда-Кеннели... Сведение механической массы к электромагнитной... Старик отложил книгу разворотом вниз и тяжело вздохнул. - Научная активность была поразительно высока, однако, огромное число его исследований - продолжал незнакомец наизусть - осталось при жизни неопубликованными и неизвестными современникам. Блестящий инженер, физик и математик, он вел научные исследования до конца жизни. - Вы полагаете, мое время совсем вышло? - проговорил старик, - Я думал, что протяну еще немного, хотя конец очевиден. - У вас не осталось и полутора часов, - подтвердил гость, запалив лампу и поставив ее на стул при кровати Хевисайд снова принялся за чтение: "Предсказан монополь Дирака... Предсказано излучение Вавилова-Черенкова... Разработана система сверхдальней радиосвязи... Пионерские работы в области сверхдвижения... Разработка Единой Теории Поля. Член Королевского общества - не приехал на торжественное заседание по приему..." - Добавим к этому вывод знаменитой формулы Специальной Теории Относительности, первооткрывателем которой считают Альберта Эйнштейна, - заключил пришелец. Хевисайд уронил книгу на колени. Медленно сложил ее. Потом он молчал. - Я полагаю, вам также нужны мои рукописи, - произнес он наконец. - Нет! Нам нужны вы, лорд Оливер Хевисайд. Считайте, что я предлагаю Вам, ну, в некотором роде загробную жизнь. Только люди ныне, там, в моем грядущем - как боги. - Этого-то я и опасался, - слабо улыбнулся старик. - И потому, Вы сожгли свои записи? - то ли спросил, то ли подтвердил гость. - Они слишком опасны для общества, где правят единицы, или для того мира, где не правит никто! - из последних сил проговорил Хевисайд. - А что Вы скажите о мире, который принадлежит только ученым, - возразил незнакомец торопливо. - Это несчастный мир, - ответил Оливер Хевисайд, - Пожалуй, на сей раз, я уклонюсь от вкусного обеда, потому что знаю, как он может быть приготовлен. * * * - Неужели Вы, ученый, откажитесь от перспективы увидеть венец своего творения?! Как можно? У Вас никогда не было нормальных условий для работы - а там ресурсы всей планеты будут к Вашим услугам ... - горячо заговорил пришелец. Но Хевисайд знаком прервал его: - Не огорчайтесь, Валентин! - молвил он на всеобщем языке, - У вас ничего не получится с моим перемещением. Названный Валентином обалдело уставился на старика. "Он умер семидесяти пяти лет от роду. В департаменте выделили машину для перевозки тела. Это был первый и последний раз, когда Оливер Хевисайд воспользовался автомобилем..." - также наизусть проговорил старик. Валентин положил руку на шлем. - Там, в столе! -улыбнулся ему Хевисайд, - Надо выдвинуть ящик и откроется панель. Видите ее?... В руках у гостя оказался небольшой диск-голограмма с изображением четырехмерного куба, внутри которого четко выделялась надпись на всеобщем языке Земли: СИВР-356. Тогда Валентин извлек из сумки на поясе точно такое же удостоверение Института Времени - голограмму в виде четырехмерного куба на фоне Млечного Пути - и предъявил старику. - А, двести тридцать седьмой? - протянул ученый, - Орлов Валентин Викторович. Я так и думал. - Вот незадача! - огорчился Валентин. - Все еще впереди! - ответил тот, кто некогда был Оливером Хевисайдом. - Но, как вы понимаете, мы у себя в будущем также не заинтересованы в раскрытии собственной деятельности. 1987 -------------------------------------------------------------------- Данное художественное произведение распространяется в электронной форме с ведома и согласия владельца авторских прав на некоммерческой основе при условии сохранения целостности и неизменности текста, включая сохранение настоящего уведомления. Любое коммерческое использование настоящего текста без ведома и прямого согласия владельца авторских прав НЕ ДОПУСКАЕТСЯ. -------------------------------------------------------------------- "Книжная полка", http://www.rusf.ru/books/: 25.12.2001 01:03